Борьба с бандитизмом

Владимир Неймарк. Cтановление Костромской милиции

Рaзвал царской армии и неокрепшая еще система новой армии вызвали массовые дезертирства. Ставка на дезертиров была удобна для контрреволюции потому, что к ряды пополнялись преимущественно недостаточно сознательной и слабо понимающей смысл происходящих событий крестьянской молодежью. Это особенно характерно было для Костромского и Варнавинского уездов, причем в тех волостях, где имелись сильные партийные организации и мобилизация в Красную Армию сопровождалась разъяснительной работой, как, например, в Левашовской, Мисковской, Лобозовской, там дезертирство не получило большого распространения. А там, где была слабо поставлена просветительная работа и тем более где были сильны кулацкие элементы (Черно-заводская, Шунгенская, Куниковская и др. волости) – дезертирство носило массовый характер.1

Распространению дезертирства способствовали ошибки, допущенные в организации помощи семьям красноармейцев. Так, например, в Апраксинской волости Костромского уезда «льготами пользовались семьи дезертиров, а не красноармейцев».2

Контрреволюционеры форсировали эти обстоятельства. Умело используя агитацию, группировали вокруг себя разрозненных дезертиров и начинали руководить ими. Дезертирство по своей сути не активное, становилось активной силой и принимало форму самого обыкновенного контрреволюционного движения с бандитским оттенком.

По данным губвоенкомата, в Костромской губернии к лету 1919 г. насчитывалось около 30 тысяч дезертиров,3особенно много их было в Нерехтском, Костромском, Варнавинском, Красносельском уездах.

Председатель Костромского губкома РКП (б) Н. К. Козлов сообщал в ЦК РКП (б), что бандитские выступления дезертиров почти одновременно кольцом охватили город, и в мае 1919 г. В. И. Ленин направил Кострому в качестве уполномоченного ВЦИК и РКП (б) по борьбе с дезертирством А. В. Луначарского.4

Угрожающим стало положение в западной части Костромской губернии во второй половине июня. А. В. Луначарский вызвал из Москвы два самолета, которые сначала разбросали несколько тысяч листовок с требованиями сложить оружие, а потом по местам сосредоточения бандитов были проведены бомбовые удары.

В этот район для ликвидации беспорядков было направлено три отряда под общим командованием уполномоченного Штаба войск внутренней охраны Республики Егорова, сформированные из частей Костромской Ярославской губчека из костромской губмилиции (всего 650 штыков и 85 сабель). Несколько позже в места сосредоточения прибыли отряд Нижегородской ЧК и Московский отряд войск внутренней охраны.5

26 июня 1919 г. костромская губмилиция сообщала в Главное управление: «Ввиду производимых бандами дезертиров в Нерехтском уезде непорядков для оказания содействия в распоряжение Нерехтского уездного Комиссариата по военным делам командировано 50 милиционеров при семи чинах командного состава. Все числа костромской городской милиции».6

15-16 июня банды дезертиров пытались пересечь Северную железную дорогу в районе ст. Буй. С этой целью они уничтожили 2 деревянных железнодорожных моста, подожгли на станции несколько пакгаузов, вывели из строя телеграфную линию. На пути следования зеленые бандиты повсеместно расправлялись с коммунистами и советскими работниками, а также с крестьянами, которые отказывались с ними сотрудничать или снабжать продовольствием. Всего в этом районе погибло от бандитов за два дня более 200 человек.

18 июня сводный отряд под командованием Егорова приступил к ликвидации бандитских формирований. 21 числа из Рыбинска прибыла артиллерия. Обстрелянная шрапнелью и гранатами банда разбежалась по костромским лесам. В этом бою погиб командир отряд Ярославского губчека, член РКП (б) с 1917 г. бывший политкаторжанин, московский рабочий, участник московского декабрьского восстания в 1905 г. Степан Васильев.

18 июня банда дезертиров разгромила Никольский целостной военный комиссариат в Нерехтском уезде, убив волостного комиссара. В этот же день другая банда напала на разъезд в 11 верстах от Нерехты, обезоружив железнодорожную охрану.

20 июня из Ярославля в Кострому следовал товарный поезд № 216, в состав которого входили 2 вагона с оружием. На подходе к разъезду 39-й версты он был обстрелян бандой дезертиров прапорщика Козлова. Как выяснилось впоследствии, сведения о движении поезда с оружием бандитам передал заведующий этим разъездом Силантьев. Во время перестрелки с бандитами погибли 8 сотрудников железнодорожной милиции.

25 июня банда Красикова-Маврина напала на воинский эшелон № 622, который следовал из Костромы. В 15 вагонах этого эшелона находились пленные колчаковцы, которые направлялись в г. Ржев в распоряжение командира запасного полка латышской армии. Пленным предложили примкнуть к банде, однако большинство из них разбежалось по лесу и потом вернулось в Ко­строму в губвоенкомат.

На 39-й разъезд прибыл сводный конный отряд Ярославской, Костромской ЧК и губмилиции под руководством командира 35 отдельного пехотного батальона войск ВЧК (ВОХР) Френкеля. В коротком бою вся банда, перепившаяся на радостях, вместе с командиром была порублена. На поле боя было поднято 135 винтовок и более 8 тыс. патронов к ним, 6 револьверов и 14 шашек. Кроме того, в деревне Бахчино, родом откуда был подпоручик Красиков-Маврин, обнаружились еще 235 ящиков винтовок и около 500 ящиков патронов, похищенных с воинского эшелона.7

28 нюня стало известно, что белодезертирские банды сосредоточиваются в Шунгенской волости в районе озера Великое. Туда отправился сводный отряд Френкеля. Бандиты, узнав об этом отряде чекистов, ушли от столкновения и передислоцировались в район с. Красного-на-Волге. Объединившись в единый отряд с красносельскими кулаками, они насильно мобилизовали всех мужчин до пятидесятилетнего возраста и сводным отрядом разгромили Семеновский и Красносельский исполкомы, арестовали советских сотрудников и партийный актив, многих избили и расстреляли.

Френкель переправил свой отряд по Волге и высадил его в районе Красного. Зажав бело-зеленые банды с двух сторон, он наголову разбил их в течение нескольких часов. При опросе пленных было установлено, что банда состояла в основном из кулаков и насчитывала около 2500 человек. Более 100 человек было арестован из них 48 – расстреляно.

С 15 по 23 июля в Красносельско-Семеновский районный полевой штаб добровольно явилось более 500 дезертиров, которых отправили в распоряжение уездного военкомата. Работниками милиции в близлежащих деревнях было изъято 30 винтовок, 12 револьверов, 50 патронов, 4 шашки и 55 охотничьих ружей, арестован 30 дезертиров.8

Успешные мероприятия ЧК и милиции, большая организаторская и разъяснительная работа партийных органов положительно повлияла на обстановку в губернии. В июне 1919 года по постановлению совета рабоче-крестьянской обороны проводится неделя агитации добровольной явки. В дальнейшем практика льготны сроков добровольной явки дезертиров и политическая работа на селе в значительной степени устраняют те причины, которые способствовали дезертирству. Значительный вклад в эту работу внес А. В. Луначарский, которого ЦК специально командировал в Кострому по этим вопросам. Наконец, в немалой степени повлиял на обстановку изменившееся настроение крестьян. Частые грабежи бандитами крестьянских хозяйств настраивает сельское население против дезертиров, лишае их последней поддержки и сочувствия.

В июле-августе 1919 г. из различных мест губернии начинают поступать массовые просьбы крестьянства в губернский и уездные Советы «принять самые реши тельные меры к пресечению хулиганства бандитов» с обещаниями «всех бандитов и контрреволюционеров задерживать», изгонять из пределов области и «лишать земельных наделов». Такие заявления поступали из Овсяновской и Вохрамеевской волостей Варнавинского уезда, Мисковской волости Костромского уезда и ряд других.

С другой стороны, некоторые банды дезертиров принимают коллективные решения: явиться в комиссариат и «поголовно всем идти на фронт», как это было в Шишкинской волости Костромского уезда. Массовая явка дезертиров в военкоматы, ЧК и милицию лишает контрреволюционеров последней опоры в их деятельности против Советской власти. К осени 1919 г. это движение замирает, а вместе с ним затухает и политический бандитизм. В некоторых местах, таких, как Уренский край, в районе с. Шунга небольшие банды сохранились до 1922 г., пока сотрудники чрезвычайной комиссии не ликвидировали последнюю банду под руководством бывшего офицера Саблина.9

После ликвидации крупных «зеленых банд» разбежавшиеся по лесам и хуторам и не пожелавшие сдаться Советской власти дезертиры встали на путь профессиональной преступности, с которыми предстояла длительная и жестокая борьба.

Источники и литература:

1 – «Советская газета», 1919 т., № 128

2 – Там же

3 – «Красный мир» № 67, 17 ноября 1919 г.

4 – В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 50, стр. 485

5 – «Внутренние войска Советской республики», 1917–1922 гг., 1972 г., стр. 104–105

6 – «Служим народу», 14 июля 1967 г., № 28

7 – «Внутренние войска Советской республики», 1917–1922 гг., 1972 г., стр. 104–105

8 – ГАКО, Р–234, оп. 1, д. 89, стр. 158

9 – А. Конокотин. «Очерки по истории гражданской борьбы в Костромской губернии», 1927 г., стр. 46

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*