«Знатный мастер» Емельян Зиринов

Народное искусство редко сохраняет имена мастеров, его создававших. В полной мере это относится и к деревянному зодчеству. Известны лишь единичные случаи «подписных» работ, созданных выдающимися зодчими. Одним из них является Емельян Степанович Зиринов (1812-1892), работавший на костромской земле.

Изба построена в 1873 г. для зажиточного крестьянина А.Г. Серова.

Емельян был единственным сыном крестьянина Степана Зиринова. Семьи Степана, его братьев Евдокима и Тимофея жили вместе, делали суда и баржи в Сокольском затоне. Позже их семь сыновей под руководством Емельяна организовали строительную артель. Как говорили, мастера избу в три окна ставили за четыре недели [1, с. 18].

Емельян Зиринов в своей артели был мастером «первой руки». Именно он рубил угол, следил за тем, чтобы он не отклонялся от вертикали, вставлял косяки. Также мастер выполнял встроенную мебель дома – лавки и голбец. Особое внимание мастера неизменно привлекала фасадная резьба. Надо отметить, что большинство мастеров в то время вначале переводили орнамент на доску с готовых эскизов, чтобы затем вырезать его приближенно к образцу. Емельян Зиринов, напротив, работал без эскиза. Выполняемая без трафаретов, без готовых рисунков, резьба подчинена в композиции лишь воображению мастера [2, с.31-32].

Резная надпись на фасаде дома Серова из деревни Мытищи

По подписным доскам с датой сооружения, фамилией и инициалами заказчиков, было выявлено около 20 жилых домов, сработанных артелью Емельяна Зиринова. В настоящее время в Костромской области сохраняется лишь три зириновских дома.

Особенностью зириновского стиля является обширное применение глухой резьбы. Мастер украшал дома, сработанные артелью, резными фризовыми досками, профилированными рейками, разнообразными оконными наличниками. Уделял внимание Емельян Зиринов и решению интерьера каждого помещения, не исключая хлевов, чуланов и хозяйственного двора. Резьба киотов, ажурных перегородок, дверей, обрамлений проемов находилась в органичном сочетании с экстерьером. Обширный инструментарий мастера включал декоративные элементы, характерные для позднего провинциального классицизма и эклектики, стилизованные зодчим на основе народной архитектуры. Среди излюбленных мотивов декорирования стиля Е. Зиринова крупный исследователь русского деревянного зодчества И. В. Маковецкий выделяет резные розетки, напоминающие цветок подсолнуха или ромашки [1, с. 14-15].

Глухая верхневолжская резьба – культурный феномен XIX века. Многие мастера работали в этом «жанре», но лишь единицы, как Зиринов, составили цельную, законченную художественную систему [3, с. 27-28], оставили учеников, последователей, продолживших их дело. Традиция верхневолжской глухой резьбы четко прослеживается на территориях Костромского и Нижегородского Поволжья (современные Костромская, Ивановская и Нижегородская области). По предположению исследователей, архитектурная резьба естественным образом развилась из корабельной. Деревянные суда – расшивы, мокшаны, коноводки, ходившие по Волге и её крупным притокам вплоть до середины XIX века, имели богатый резной украс. С появлением на Волге пароходов, построенных на крупных верфях, и уже не имевших резных украшений, мастера стали принимать заказы зажиточных крестьян приволжских сел на выполнение домовой резьбы. Ремесло, тем самым, получив новый объект приложения, приобрело новую форму [2, с. 8; 4, с. 14-15].

Феномен верхневолжской глухой резьбы не мог не найти отражение в формировавшейся на протяжении 1950-1980-х годов архитектурной экспозиции Костромского музея деревянного зодчества. Ключевыми темами, раскрытыми в экспозиции зданий-экспонатов, стали расслоение крестьянского «мира» и укрепление рыночных отношений в Костромской губернии на протяжении XIX века. Экскурсионный маршрут — условную «слободскую улицу» замыкают два дома, построенные по заказу костромских крестьян-лесопромышленников — Андриана Григорьевича Серова и Михаила Константиновича Липатова, перевезенные в Костромской музей из деревень с низовьев Унжи.

Дом А.Г. Серова поставлен в порядке музейной улицы пятым. Срубленный в 1873 году в деревне Мытищи Макарьевского уезда, дом принадлежит к типу пятистенка. С северной стороны к дому прирублен обширный двухъярусный двор. Между южной жилой частью и северной хозяйственной – светлый мост-сени и примыкающие к нему горницы и чуланы [5, с. 64-65]. Довольно крупный объем дома, благодаря продуманным пропорциям, выверенным объемам выглядит аккуратно, компактно, не подавляет своим масштабом.

Артель Емельяна Зиринова для рода Серовых поставила в деревне Мытищи четыре дома. Похожие по общей композиции и масштабу, но различные в деталях, дома до недавнего времени формировали значительный фрагмент застройки деревни. В настоящее время в Мытищах сохраняется лишь один дом работы Зиринова [6, с. 244-246]. Фризовые доски, выделяющие жилую часть дома, отмечены ковровой резьбой растительного мотива. Интересное предположение о происхождении мотивов и орнаментов поволжской глухой резьбы делает Н. Н. Воронин, связывая их прежде всего с белокаменной резьбой средневековых соборов Владимиро-Суздальского княжества: «Дольше всего держатся владимирские традиции в народном искусстве, где в резьбе крестьянских изб живут в новых стилистических формах сказочные чудища и звери и цветут фантастические цветы, которые были увековечены в камне и живописи народными мастерами XII – XIII веков» [7, с. 278].

Фриз главного фасада выделен изображениями русалок-фараонок. Для того, чтобы отсеять всякие сомнения, мастер наделил фараонок табличками: находящийся в левой части фриза мужской персонаж держит в правой руке табличку с надписью «я фараон», а противоположный ему женский – «я жена фараона». Стилизованные львы, напоминающие своих сородичей с фасадов белокаменных владимирских храмов, украшают причелины – доски, закрывающие ребро ската кровли. Находящиеся в нижней части резной доски, львы передними лапами «держат» стебель аканта, свободно растущего вверх. Львы упираются задними лапами в нижний конец доски. Находящиеся на символической границе мира земного (сруб) и мира горнего (крыша), львы, тем самым, выполняют роли атлантов. Причудливо изогнутый хвост сообщает композиции дополнительную динамику.

Во фронтоне симметричная резная композиция, оформляющая слуховое окно, напоминает геральдические композиции XVII-XVIII веков. Вполне возможно, что одна из них, оказавшись на берегах Волги в виде гравюры, вдохновила мастера на создание такого насыщенного и богатого наличника. Поле фактуры, имитирующее плетенку, снизу ограничено двумя двойными волютами. Сверху поле ограничено надписью «Ма(стер) Емельян Степанов», окантованной тонким профилем. На надпись опираются парные львы, охватывающие проем окна. В передних лапах львы держат стилизованное вселенское древо – виноградную лозу с четырьмя крупными гроздьями. Откос окна украшен помещенными на равном расстоянии девятилепестковыми розетками. В дальнейшем такая фронтонная композиция стала своеобразной подписью мастера, использовалась на следующих домах Зириновым и его последователями.

Последний дом в порядке музейной улицы, Дом Михаила Константиновича Липатова, представляет крупный двухэтажный пятистенок. Дом был построен Емельяном Зириновым с артелью в ранний период его работы – в 1857 году [5, с. 60-62]. Резьбу дома Липатова отличает некоторая скованность, сухость рисунка. Стремление к геометричности, применению шаблонных узоров и профилей объясняется, по-видимому, тем, что это – одна из первых работ артели. Мастер в то время еще только вырабатывал свой творческий язык, позже ставший предметом для подражания. В доме Липатова уже намечена система планировки и декоративного убранства зириновских домов и присутствует набор излюбленных мастером декоративных деталей – волюты, розетки, стилизованные побеги аканта.

Дома, возведенные артелью Зиринова, были совершенны и с технической стороны. Начиная с подбора и подготовки древесины, и заканчивая решением отдельного узла, каждый элемент дома продуман и выверен. Недаром Емельян Зиринов заслужил звание «знатного мастера».

Примечания

1. Маковецкий И. В. Памятники народного зодчества Верхнего Поволжья. — М.: Изд-во академии наук СССР, 1952.

2. Мазерина А. Н., Орехова М. М. Добрым людям на загляденье. Домовая резьба Костромского края. — М.: Северный паломник, 2003г.

3. Кудряшов Е. В. Музей деревянного зодчества в Костроме. – Ярославль: Верхнее-Волжское книжное издательство, 1971.

4. Ковальчук Н. А. Деревянное зодчество. Горьковская область. – М.: Государственное издательство литературы по строительству и архитектуре, 1955 г.

5. Каталог памятников архитектуры Костромской области. Выпуск I. Часть третья (под ред. Корозина В. Б.). – Кострома: Комитет по охране и использованию историко-культурного наследия администрации Костромской области, — Кострома, 1998 г.

6. Каталог памятников архитектуры Костромской области. Выпуск VIII. (под ред. Кондратьевой И. Ю. и Щеболевой Е. Г.). – Кострома: Комитет по охране и использованию историко-культурного наследия администрации Костромской области. – Кострома, 2006 г.

7. Воронин Н. Н. Владимир. Боголюбово. Суздаль. Юрьев-Польский. — 5-е изд., дополненное – М.: Искусство, 1983 г.

Художественно-этнографический альманах «Костромская слобода»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*